Great Spirit (Bom Espírito) May. 15, 2002 1 – 46 A consciência dos Tao May. 22, 2002 1 – 47 Pura Paixão May. 29, 2002 1 – 48 O missionário do dragão Jun. 05, 2002 1 – 49 Um médico Jun. 12, 2002 1 – 50 Mágoas do passado Jun. 19, 2002 1 – 51 O caçador de shamans Jun. 26, 2002 1 – 52 O treino especial Jul. 03, 2002 1 – 53 Bye bye meninas …
Day: May 5, 2024
Just a few months short of a quarter-century as Russia’s leader, Vladimir Putin on Tuesday will put his hand on a copy of the constitution and begin another six-year term as president wielding extraordinary power.
Since becoming acting president on the last day of 1999, Putin has shaped Russia into a monolith — crushing political opposition, running independent-minded journalists out of the country and promoting an increasing devotion to prudish “traditional values” that pushes many in society into the margins.
His influence is so dominant that other officials could only stand submissively on the sidelines as he launched a war in Ukraine despite expectations the invasion would bring international opprobrium and harsh economic sanctions, as well as cost Russia dearly in the blood of its soldiers.
With that level of power, what Putin will do with his next term is a daunting question at home and abroad.
The war in Ukraine, where Russia is making incremental though consistent battlefield gains, is the top concern, and he is showing no indication of changing course.
“The war in Ukraine is central to his current political project, and I don’t see anything to suggest that that will change. And that affects everything else,” Brian Taylor, a Syracuse University professor and author of “The Code of Putinism,” said in an interview with The Associated Press.
“It affects who’s in what positions, it affects what resources are available and it affects the economy, affects the level of repression internally,” he said.
In his state of the nation address in February, Putin vowed to fulfill Moscow’s goals in Ukraine, and do whatever it takes to “defend our sovereignty and security of our citizens.” He claimed the Russian military has “gained a huge combat experience” and is “firmly holding the initiative and waging offensives in a number of sectors.”
That will come at huge expense, which could drain money available for the extensive domestic projects and reforms in education, welfare and poverty-fighting that Putin used much of the two-hour address to detail.
Taylor suggested such projects were included in the address as much for show as for indicating real intent to put them into action.
Putin “thinks of himself in the grand historical terms of Russian lands, bringing Ukraine back to where it belongs, those sorts of ideas. And I think those trump any kind of more socioeconomic-type programs,” Taylor said.
If the war were to end in less than total defeat for either side, with Russia retaining some of the territory it has already captured, European countries fear that Putin could be encouraged toward further military adventurism in the Baltics or in Poland.
“It’s possible that Putin does have vast ambitions and will try to follow a costly success in Ukraine with a new attack somewhere else,” Harvard international relations professor Stephen Walt wrote in the journal Foreign Policy. “But it is also entirely possible that his ambitions do not extend beyond what Russia has won — at enormous cost and that he has no need or desire to gamble for more.”
But, Walt added, “Russia will be in no shape to launch new wars of aggression when the war in Ukraine is finally over.”
Such a rational concern might not prevail, others say. Maksim Samorukov, of the Carnegie Russia Eurasia Center, said that “driven by Putin’s whims and delusions, Moscow is likely to commit self-defeating blunders.”
In a commentary in Foreign Affairs, Samorukov suggested that Putin’s age could affect his judgment.
“At 71 … his awareness of his own mortality surely impinges on his decision-making. A growing sense of his limited time undoubtedly contributed to his fateful decision to invade Ukraine.”
Overall, Putin may be heading into his new term with a weaker grip on power than he appears to have.
Russia’s “vulnerabilities are hidden in plain sight. Now more than ever, the Kremlin makes decisions in a personalized and arbitrary way that lacks even basic controls,” Samorukov wrote.
“The Russian political elite have grown more pliant in implementing Putin’s orders and more obsequious to his paranoid worldview,” he wrote. The regime “is at permanent risk of crumbling overnight, as its Soviet predecessor did three decades ago.”
Putin is sure to continue his continue animosity toward the West, which he said in his state of the nation address “would like to do to Russia the same thing they did in many other regions of the world, including Ukraine: to bring discord into our home, to weaken it from within.”
Putin’s resistance to the West manifests not only anger at its support for Ukraine, but in what he sees as the undermining of Russia’s moral fiber.
Russia last year banned the notional LGBTQ+ “movement” by declaring it to be extremist in what officials said was a fight for traditional values like those espoused by the Russian Orthodox Church in the face of Western influence. Courts also banned gender transitioning.
“I would expect the role of the Russian Orthodox Church to continue to be quite visible,” Taylor said. He also noted the burst of social media outrage that followed a party hosted by TV presenter Anastasia Ivleeva where guests were invited to show up “almost naked.”
“Other actors in the system understand that that stuff resonates with Putin. … There were people interested in exploiting things like that,” he said.
Although the opposition and independent media have almost vanished under Putin’s repressive measures, there’s still potential for further moves to control Russia’s information space, including moving forward with its efforts to establish a “sovereign internet.”
The inauguration comes two days before Victory Day, Russia’s most important secular holiday, commemorating the Soviet Red Army’s capture of Berlin in World War II and the immense hardships of the war, in which the USSR lost some 20 million people.
The defeat of Nazi Germany is integral to modern Russia’s identity and to Putin’s justification of the war in Ukraine as a comparable struggle.
___
Associated Press writer Jim Heintz, based in Tallinn, Estonia, has covered the entirety of Putin’s tenure as Russian leader.
Saved Web Pages Review – The News And Times – https://t.co/PH3LtsdUTH https://t.co/4H8au9zxrg https://t.co/dSHgRULThJ
— Michael Novakhov (@mikenov) May 5, 2024
Published: 01:59 BST, 5 May 2024 | Updated: 02:02 BST, 5 May 2024
President Vladimir Putin appeared withdrawn and downcast in a rare public appearance at an Orthodox Easter Mass in Moscow.
The Russian tyrant seemed to stare blankly out towards the congregation as he went through the religious motions during the mass.
The 71-year-old’s mood could have been a result of claims that the country’s armed forces are looking 1,000 men a day on the front line in the conflict with Ukraine.
Putin attended a service at the packed Christ the Savior Cathedral for a night-time Easter service led by Patriarch Kirill, head of the Russian Orthodox Church and an outspoken supporter of the Kremlin.
While the Ukrainian Defence Ministry estimates Russian deaths and causalities could total as many as 450,000, Russia has not released any figures since September 2022.
President Vladimir Putin appears withdrawn and downcast at the Orthodox Easter mass service, staring off absentmindedly into the distance
The Russian leader looked miserable as he went through the mass which was televised across Russia and went on throughout the night
Putin stood with Sergei Sobyanin, Mayor of Moscow (right) inside Christ the Savior Cathedral for the midnight mass where they held thin red candles as a choir sang traditional songs
President Putin attended the televised traditional service late on Sunday with Patriarch Kirill delivering well-wishes to Orthodox believers.
A procession of white-robed clergy circled the vast cathedral, rebuilt in post-Soviet times and widely seen as symbolic of Russia’s rejection of its atheist past, as they swung smoking incense censers and chanted the liturgy.
Most Western churches observed Easter on March 31, but the Russian Orthodox Church follows a different calendar.
In his Easter address, Kirill wished for ‘God’s blessing over Russia,’ its people and all countries where the church has a presence.
But the Church’s Easter comes amid damming figures released by Kyiv which claims that Russia’s daily casualty numbers have surpassed 1,000 every day.
According to the latest figures from Ukraine’s armed forces and reported by The Express, Russia suffered 1,120 casualties in 24 hours making it the fifth day in a row where numbers of wounded or dead have risen to over 1,000.
Russian losses increased significantly towards the end of April after a period of intense fighting in the Donetsk region.
Despite Putin’s apparent misery at the latest statistics, Ukraine is continuing its offensive and his hoping to receive military assistance from the US soon.
A Ukrainian airstrike against Russian troops. Recent figures released by Kyiv estimate that Russia is losing more than 1,000 troops a day and has lost more than 6,000 in the last 5 days alone
Patriarch Kirill, head of the Russian Orthodox Church (pictured) and an outspoken supporter of the Kremlin led the service
Putin and the Moscow Mayor later exchanged gifts but during the service the pair appeared sombre
Britain’s armed forces have also revealed that Russia has suffered heavy artillery losses.
Tory minister Leo Docherty previously said ‘over 10,000 Russian armoured vehicles’ had been destroyed.
This included 3,000 main battle tanks, 109 fixed wing aircraft, 136 helicopters, 346 unmanned aerial vehicles and 23 naval vessels of all classes.
On top of this, more than 1,500 artillery systems have been destroyed, abandoned or captured by Ukraine.
Possibly in a nod to the dire situation Russia’s armed forces is now facing, Patriarch Kirill published a message to the Church’s website on Saturday.
He noted that ‘awareness of God’s love – gives us strength to overcome the most difficult mental states and difficult circumstances, elevates us above the bustle of everyday life, helps correct previous mistakes and destroys despondency.’
Ukrainian servicemen fire a BM-21 Grad multiple launch rocket system towards Russian troops
Ukrainian servicemen ride on an armored personnel carrier (APC) in a field near Chasiv Yar, Donetsk region, on April 27, 2024
The patriarch this year appeared to steer clear from political pronouncements, unlike last April when he lamented ‘grave events taking place on our Russian historical land,’ referencing Moscow’s military actions in Ukraine and reinforcing the Kremlin’s narrative that Ukrainian statehood is essentially a fiction.
Putin was shown among the worshippers, standing next to Moscow Mayor Sergei Sobyanin as the two joined in the traditional Easter greetings but the President appeared depressed and miserable.
The Russian leader was later seen exchanging festive gifts with Kirill.
Putin has been eager to portray himself as defending ‘traditional values’ espoused by the Russian Orthodox Church in the face of what he repeatedly casts as the West’s ‘degrading’ influence.
The country has increasingly taken a conservative turn, with attempts to restrict abortion and broad bans against LGBTQ+ activism and gender transitioning that have met with the church’s support.
E TU, DEUS!
Поздравление с праздником Пасхи • Президент России https://t.co/by5prj1eyY pic.twitter.com/xjY4LifFqR— Michael Novakhov (@mikenov) May 5, 2024
Ператия: трапезундские владения в Крыму https://t.co/z2gkeSZ4FV
— Michael Novakhov (@mikenov) May 5, 2024
Специально для Крым.Реалии
На рубеже II и I веков до нашей эры Крым и Южное Причерноморье были объединены в границах державы Митридата Евпатора. Прошли 1300 лет – и история повторилась, но уже в виде Трапезундской империи.
XII век, вероятно, был самым спокойным в средневековой истории Крыма. Возможно, потому, что до нас дошло мало источников этого времени, а возможно, так было на самом деле. Византия владела крымским побережьем от Херсона до Сугдеи, юго-западной частью гор, Боспором, Таманью и прилежащими частями кавказского побережья. На этой территории располагались более полусотни городов и замков.
Степи Крыма принадлежали местной половецкой орде (хотя, насколько можно судить, кочевали там также и остатки торков и печенегов). Города полуострова, оставаясь византийскими, платили половцам дань, а Сугдея превратилась в их главный торговый узел. За это степные правители воздерживались от нападений на соседей и посредничали в торговле Византии с Русью и Волжской Булгарией.
Но в самом начале XIII века произошли события, на 200 лет изменившие расстановку сил в Восточном Средиземноморье.
В 1203 году в борьбе за власть над Византией сошлись Алексей III Ангел и его племянник – тоже Алексей Ангел. Младший претендент позвал на помощь крестоносцев, те осадили город, а народные волнения вынудили василевса бежать. Впрочем, новый правитель Алексей IV продержался на престоле полгода, а его убийца и преемник Алексей V – три месяца. 12-13 апреля 1204 года Константинополь впервые в своей истории был захвачен врагами. На престоле Романии (или Латинской империи) сел Балдуин I Фландрский.
На руинах Византии возникли несколько независимых греческих государств. Воспользовавшись войсками своей тетки по матери, знаменитой грузинской царицы Тамары, Алексей Комнин, сын одного из предыдущих василевсов, вступил в борьбу за престол. 23 апреля 1204 года он занял Трапезунд, который стал столицей новой империи. Захватить Константинополь Комнинам так и не удалось. И хотя главный осколок Византии – Никейская империя – была больше и географически ближе к Крыму, полуостров оказался частью именно Трапезунда.
Скорее всего, присоединение произошло мирно. Единичные трапезундские серебряные и медные монеты находили в Херсоне, Балаклаве и Сугдее, 38 аспров были найдены на месте кораблекрушения в бухте Нового Света. Сами по себе деньги не являются доказательством политического контроля – монеты из Трапезунда найдены в Солхате, в Азове, на Кавказе и на нижней Волге. Однако, несмотря на свою малочисленность, трапезундские монеты все равно встречаются в Крыму чаще, чем аналогичные никейские, что свидетельствует само за себя. На Тамани была найдена печать первого трапезундского императора. Еще одним свидетельством экономических связей между метрополией и Крымом является обилие гончарной керамики «трапезундского» типа в раскопках Судака.
Все крымско-таманские владения, вероятно, были объединены в одну административную единицу, известную как Ператия – буквально «По ту сторону». В 1282 году Иоанн II отказался от претензий на Константинополь и сложил с себя титул «императора ромеев», заменив его на «василевс и автократор всей Анатолии, Иверии и Ператии».
Форма зависимости Крыма и Тамани от Трапезунда была стандартной – раз в год столичный чиновник, архонт димосия, забирал из Херсона собранную на полуостровах государственную подать. Нападение турок-сельджуков на такой корабль с казной в середине 1220-х гг. привело к войне их султаната с Трапезундом. Однако перипетии и даже датировка боевых действий настолько туманны, что их разбору будет посвящен отдельный материал.
Поскольку метрополия располагалась в горной области, Трапезундская империя сильно зависела от продовольственного обмена. Главным местным товаром на экспорт было вино, которое в огромных масштабах вывозилось в Крым и Константинополь. В обратную сторону шла пшеница, просо и ячмень, а также соль, обогащавшая итальянских купцов. Если в Каффе соль стояла 1,75 аспра, то в Трапезунде – от 3,5 до 5 аспров. Также из Крыма, Кубани и Приазовья привозили речную рыбу, преимущественно осетровую. А если у Трапезунда возникали сложности с тюркскими полукочевыми соседями, то из Крыма приходилось ввозить и продукты животноводства: сыр, мясо и сало.
Главным транзитным товаром империи был шелк. Первоначально китайский шелк везли через сам Трапезунд, но в 1340-х гг. этот путь захирел. Зато обрел популярность шелк из Прикаспия и Туркестана, вывозимый через Тану и Крым. С Руси и Кавказа привозили меха, которые тоже через полуостров отправлялись на Запад.
Морской путь от южного берега Крыма до Трапезунда занимал 10-12 дней – главным образом потому, что идти приходилось вдаль берегов. А вот до Синопа из Крыма плыть было два-пять дней, потому-то императоры постоянно воевали с сельджуками за обладание этим городом. И уже в конце XIII века меняется главный контрагент Трапезунда в Крыму – с Херсона на генуэзскую Каффу.
Власть Трапезунда над Крымом демонстрирует история с епископом Феодором. Еще в 1208 году патриарший престол занял выходец из Никеи Михаил IV. Но рукоположенных им епископов Амастриды, Сугдеи и Херсона трапезундские императоры изгнали, заменив своими ставленниками. В 1222 году новым патриархом стал Герман II. Некоторое время спустя (в 1223-м или, скорее, 1226 г.) он отправил Феодора с миссией в кавказскую Аланию. Но Трапезундская империя претендовала на влияние в том регионе и потому всячески препятствовала Феодору. Тот оставил послание с описанием своих злоключений, из которого мы знаем подробности.
И светские, и церковные власти Крыма были подконтрольны Трапезунду
По дороге епископ был захвачен неким Цаманом и сослан в Херсон, где находился в «среднем состоянии между свободой и узами». Воспользовавшись народными волнениями, Феодор сбежал и укрылся в аланском селении близ города. Цаман требовал выдачи беглеца, но обстановка в Херсоне переменилась, так что он сам был вынужден спасаться. Феодору же пришлось предстать пред судом херсонского епископа. В конечном итоге Феодор был отпущен и отправился на Боспор, но тамошний архонт не впустил епископа в город (если автор называет «скифами» половцев, то в этот момент они совершили безрезультатное нападение на Боспор). Вероятнее всего, и светские, и церковные власти Крыма были подконтрольны Трапезунду, поэтому так отнеслись к никейскому епископу. Однако из послания Феодора также следует, что и в Херсоне, и в Боспоре не всем по душе пришлась новая власть, поэтому города и сотрясали народные волнения.
Тем временем на Крым обрушилось новое бедствие – монголы. И если первые два набега 1223-го и 1238 года (популярная дата – 1239 год – является следствием ошибки при пересчете византийского календаря на современный) были скоротечны, то в середине века все изменилось. Но это уже тема отдельного материала.
В 1261 году никейский правитель сумел отбить Константинополь у латинян, но воссозданная Византийская империя была лишь тенью себя прошлой. Некоторые бывшие части страны сохранили свою независимость, включая и Трапезунд. Крым, насколько можно судить по находкам печатей XIV века, оставался частью Трапезундской империи, при этом явно были расширены торговые отношения Херсона с Византией. Чтобы усилить свое влияние на полуострове, не позднее 1280 года Константинопольский патриархат повысил статус всех крымских епархий до митрополий.
Византийская империя была лишь тенью себя прошлой
Признание Комнинами над собою сюзеренитета сельджуков в 1214 году и монголов между 1244-м и 1246 годом, естественно, распространялось и на их крымские владения. Однако внутреннее устройство городов от этого изменилось не сильно. Мы знаем, что Сугдеей в XIII и XIV веках управлял чиновник в ранге севаста – возможно, система катепаната в византийской Таврике была упразднена, и каждый город получил свою собственную администрацию. Известно около 10 имен севастов, часть из них – тюркские. Происходили севасты из разных родов, но механизм их ротации неизвестен.
Несмотря на то, что с 1249 года крымские города платили дань Монгольской империи, они продолжали признавать над собой власть Трапезунда. Так, в 1343 году из метрополии в Ператию сбежали несколько участников династической междоусобицы, но по приказу центральных властей они были арестованы и возвращены в столицу – как видим, местная власть слушалась приказов императора. А последний раз в официальных документах Трапезунда Ператия упоминается в булле василевса Алексея III 1364 года. Вскоре после этого большая часть крымского побережья стала формальным владением Генуи.
Роскомнадзор пытается заблокировать доступ к сайту Крым.Реалии. Беспрепятственно читать Крым.Реалии можно с помощью зеркального сайта: https://d2p8pq7mtuchbw.cloudfront.net/ следите за основными новостями в Telegram, Instagram и Viber Крым.Реалии. Рекомендуем вам установить VPN.
